Просветительский проект
ZAUMNIK.RU
УГОЛОК ЗАУМНЫХ НАУК
уроки древних
языков

Антуан МЕЙЕ

ЛАТИНСКИЙ ЯЗЫК

От индоевропейского праязыка — к латыни

От индоевропейского праязыка — к латыни.Восстановление истории латинского языка.Гибкость индоевропейского языкового типа.Сравнение индоевропейского и тюркского языкового типа.Сравнение индоевропейского и семитического языкового типа.Римское чудо и ценность латыни.

репетитор латинского языка в СПб

храм Минервы Целительницы, нимфеум

Храм Минервы Целительницы (Minerva Medica) в Риме. Мэтью Дюбург (Matthew Dubourg), цветная акватинта, 1820 г. В настоящее время считается, что это — развалины святилища Нимф (нимфеума), сооруженного в IV в. от Р.Х. В конце 1820-х гг. остатки купола полностью разрушились.

Прежде: ДОМ и СТРОИТЬ по-латыни

Про латинский язык научно и научно-популярно

Далее: Диалектное происхождение латинского языка


Антуан Мейе. Латинский язык / Перевел с франц. Егор Поликарпов:
специально для проекта «ZAUMNIK.RU — Уроки древних языков»

От индоевропейского праязыка — к латыни

Сказать, что латынь — индоевропейский язык, — значит объявить очевидное положение: латынь — это одна из тех форм, которые, с течением времени и изменением обстоятельств, принял тот язык, который в других случаях, при других условиях, сделался индоиранским, греческим, славянским, германским и т.д. Так представляется на первый взгляд.

Утверждение о принадлежности латыни к индоевропейским языкам полезно в первую очередь для лингвиста, который принимается за объяснение звукового и грамматического строя или словарного состава латыни. Без осознания этого положения нельзя ничего понять в прошлом латинского языка.

 


 


Восстановление истории латинского языка

Однако столь простое положение не разъясняет почти ничего в предыстории латыни. Между периодом индоевропейской общности и первыми письменными памятниками того или иного отдельно взятого языка индоевропейской семьи, происходили события, в каждом случае различные. Для восстановления отдельной истории латинского языка следует прежде всего установить то, что произошло в течение длительного периода, который простирается между индоевропейской общностью и первыми латинскими текстами, годными для указания на состояние латинского языка в историческую эпоху.

История в собственном смысле не оказывает в этом никакого содействия. Древние народы, говорившие на индоевропейском праязыке, не пользовались письменностью. Для таких полудикарей, какими они были, слово — это сила, представляющая опасность при обращении с ней. Закрепить эту силу на письме — значило бы создать опасное оружие и рисковать тем, что оно обернется против тех, кто таким способом вложил это оружие в руки своих возможных врагов. Еще в эпоху Цезаря кельтские друиды не хотели пользоваться письменностью.

Что касается возможности наличия устных преданий, то эти предания были замутнены или позабыты, когда индоевропейские народы усвоили средиземноморскую цивилизацию, — точно так, как с распространением христианства исчезли предания германцев или славян.

Имеются данные археологии, но, при своей информативности для истории ремесел, при возможности сделать на их основании кое-какие выводы (неточные) об отношениях, которые эти народы могли иметь друг с другом, эти данные — немые, и лингвист не получает от них никакой пользы.

Поэтому приходится извлекать из самих языковых фактов то, что они могут предоставить. Не следует ожидать от них точных исторических подробностей: природа языковых фактов не дает права на подобные надежды. Однако имеется возможность связать языковые факты латыни с другими известными фактами и таким способом восстановить в известной мере, в условиях недостаточности изглаженной истории народов индоевропейской древности, хотя бы лингвистическую историю латыни.

Индоевропейский мир определенно не состоял из одного-единственного племени, говорившего на одном языке. Поэтому необходимо определить, с какой языковой группой внутри индоевропейской семьи связаны наречия, развитие которых завершилось возникновением латинского языка.

С другой стороны, между индоевропейской языковой общностью и латынью Древнего Рима, засвидетельствованной в текстах, могла быть (и была) одна или несколько частных, промежуточных языковых общностей. Поясним это на примере: если бы кто-то взялся за объяснение языков романской ветви через общий индоевропейской праязык, минуя романскую языковую общность, то такой лингвист допустил бы явную методологическую ошибку. Поэтому, для того чтобы дать объяснение фактам латинского языка, требуется рассмотреть языковые общности, которые последовательно устанавливались и которые можно разглядеть. Не говоря о предшествующих языковых общностях, о которых ничего не известно, но которые могли существовать, имелась, по крайней мере,

 


 


Гибкость индоевропейского языкового типа

Военное сословие (аристократия) индоевропейцев, которое разнесло по всей Европе и по значительной части Азии индоевропейский язык, проявило в этом значительную энергичность; также оно обнаружило исключительную способность ассимилировать инородное население. Но оно не преуспело бы в господстве на столь обширных пространствах, если бы, одновременно с собственным водворением, оно не сумело приспособиться само.

В такой же степени, в какой оно было замечательно своей организованностью как общественная группа, военное сословие индоевропейцев было замечательно и своей гибкостью. Индоевропейский тип цивилизации принял в каждом регионе собственный облик, а язык, служивший этой цивилизации орудием, произвел, при всей общности основы, новые языковые типы, отличающиеся один от другого.

 

Сравнение индоевропейского и тюркского языкового типа

Гибкость индоевропейского языкового типа поразительно заметна при ее сравнении с неподвижностью типа тюркского. Подобно индоевропейскому военному сословию, тюркские племена совершили великие завоевания; они далеко отошли от своей исконной маленькой родины. Но ни время, ни место их не изменили. И тюрки не развили цивилизаций, похожих и различных одновременно, благодаря которым индоевропейское военное сословие беспрестанно обновлялось, по мере того как одерживало верх. Тюркский язык сегодняшнего дня — это тот же тюркский язык, что и тысячу лет назад. Тюркский язык Казани (татарский) — это, в сущности, тюркский язык Анкары (турецкий). Жесткий схематизм тюркского языка предохранил его от перемен, но язык скорее выдержал, чем победил. Несмотря на отличия одних от других по материальной форме, языки алтайской группы сохраняют один и тот же тип, один и тот же схематизм, на которые внимание лингвистов было обращено благодаря глубоким наблюдениям князя Николая Трубецкого.

 

Сравнение индоевропейского и семитического языкового типа

Что касается семитического языкового типа, то он, более гибкий и разнообразный сравнительно с тюркским, оказался менее, чем индоевропейский, способен произвести новые языковые типы. В мире арабских наречий нельзя разглядеть ничего равного по богатому разнообразию, которое предлагает, скажем, мир романских языков индоевропейской семьи — со своими итальянским, испанским, португальским и каталанским, провансальским и французским и, наконец, румынским языками. Структура арабского языка сегодня все еще полностью подобна структуре семитических языков 3-тысячелетней давности. Хотя арабские говоры и отдалены один от другого, в настоящее время они все представляют один и тот же грамматический тип: произошли изменения в деталях, а грамматический тип остался тем же.

Индоевропейские языки, наоборот, развивались параллельно, но — различно. Индоевропейские языки произвели (и не прекращают производить) разнообразные языковые типы. Характер, который приобретен индоевропейскими языками (и продолжает приобретаться), — бесконечно различен. Далеко от современного французского до русского или армянского языка: современные индоевропейские языки различаются не только деталями формы — они представляют различные лингвистические типы.

 



 

Римское чудо и ценность латыни

Древний Рим и латынь, язык древних римлян, в русской поэзии: стихотворение В.А. Комаровского (1881—1914) «Вечер» (1910 г.) про отставного римского легионера, наделенного по выходе со службы, как было принято, земельным участком. Слова ветеран и легион — латинизмы.

Василий Комаровский

ВЕЧЕР

За тридцать лет я плугом ветерана

Провел ряды неисчислимых гряд;

Но старых ран рубцы еще горят

И умирать еще как будто рано.

 

Вот почему в полях Медиолана

Люблю грозы воинственный раскат.

В тревоге облаков я слушать рад

Далекий гул небесного тарана.

 

Темнеет день. Слышнее птичий грай.

Со всех сторон шумит дремучий край,

Где залегли зловещие драконы.

 

В провалы туч, в зияющий излом,

За медленным и золотым орлом

Пылающие идут легионы.

 

Поразительная черта индоевропейского развития состоит в том, что индоевропейский язык беспрерывно производил новые языковые группы. Только малое число этих групп можно теперь ясно видеть. Были многие, чьи имена исчезли; иные позволено только углядывать. В свою очередь, латынь произвела впоследствии такие различные языковые типы, как те, которые принадлежат говорам:

Гибкость индоевропейской языковой группы обнаруживается не только в разнообразии языковых типов, произведенных ею в ходе ее долгой истории. Другая черта индоевропейской языковой семьи, имевшая серьезные последствия, — это та легкость, с которой каждая из индоевропейских типологических групп усваивала полезные черты соседних цивилизаций, — легкость, с которой достигались новые, оригинальные результаты. Достаточно известно «греческое чудо» — одаренность, благодаря которой древние греки восприняли лучшее, что было у средиземноморских цивилизаций, положив начало европейской философии, науке и искусству. Было и римское чудо: подобно тому, как древние греки предшествующей эпохи в памятниках своей литературы и искусства, древние римляне усвоили себе все, что нашли полезного вокруг себя. Древние римляне подражали греческой литературе, но — созидательно, и мы не знаем у греков ни Плавта, ни Лукреция, ни Цицерона, ни Вергилия, ни Тацита. Именно римляне, осмысляя горький опыт столкновений сограждан, установили правопорядок и разработали понятие государства. Непреходящая ценность латыни объясняется тем, что латинский язык — выразитель цивилизации богатейшего культурного типа, воздействие которой было определяющим в мировом масштабе.

По части литературы Древний Рим — подражатель Греции, но в своей собственной творческой манере, в собственном созидании: Риму мы обязаны гуманизмом. По части общественной организации Древний Рим — творец в столь же решительной манере, в какой Греция — творец в области произведений духа.

Когда Римская империя рухнула, из-под нее вышли новые цивилизации, из которых каждая была особым творением. Северная Африка была исламизирована; давление германцев, славян и албанцев заставило латынь потерять почти весь свой восточный ареал. Но в Италии, в Галлии, на испанском полуострове, начиная со средних веков, появляются новые цивилизации, использующие в качестве языков эволюционировавшие формы латыни. А страны кельтского, германского и западнославянского языка цивилизовались только в силу того, что вскармливались латынью.

 


 


Прежде: ДОМ и СТРОИТЬ по-латыни

Про латинский язык научно и научно-популярно

Далее: Диалектное происхождение латинского языка

латынь, латинский язык

 


© ЗАУМНИК.РУ, Егор А. Поликарпов — перевод с французского языка, дополнения, научная редактура, ученая корректура, оформление, подбор иллюстраций, переводы с латыни и древнегреческого языка: все права сохранены.